Как Вы относитесь к видеоиграм? Можно ли детям разрешать в них играть?

Как Вы относитесь к видеоиграм? Можно ли детям разрешать в них играть? Я замечаю, что это очень распространяется в христианских кругах и, даже, не христианских. Дети часами сидят перед монитором, «проглатывают» всё. Если это не купить им и не дать развиваться, они будут чувствовать себя дикими и забитыми в кругу своих друзей. А если купить, то они привязываются к этому и посвящают этому особо много внимания.

Ответ:

Это действительно сейчас проблема. Во-первых, давайте признаем один факт, что Интернет, компьютерные игры, программы есть, они развиваются и, наверное, будут развиваться очень быстро. Как же воспитывать наших детей и их отношение к этим вещам? Первый, конечно, самый простой метод решения – это сделать запрет, то есть никак не позволять ребёнку к ним прикасаться и в этом участвовать. В какой-то мере, это хороший и простой выход. Но здесь возникает несколько вопросов. Не получится ли, как некоторые из вас спрашивают, что ребёнок, повзрослевший и вышедший из-под нашего контроля, сорвётся и посвятит этому особое внимание? Или он будет обманывать, ходить к друзьям и играть в эти игры или чувствовать себя неполноценным в кругу своих сверстников? Это тоже правильно. Я скажу, как я решил этот вопрос среди моих сыновей. У моих дочерей не было с этим проблем. Может быть, сейчас проблема с телефонами. Мой младший сын, когда ему было где-то 5-6 лет, как-то перешагнул эту границу, и я увидел, что он начал привязываться к видеоиграм и, конечно, я почувствовал, что он начал посвящать этому достаточно много внимания. Он занимался на игре, которая, в принципе, неплохая. Это развивающая игра. Я её просмотрел сам, и мы одно время поиграли вместе с ним. Я с ним много говорил и сказал: «Сынок, проблема твоя в том, что ты начинаешь к этому привязываться и посвящать этому слишком много внимания, и теряешь много времени, и отвлекаешься от главных вещей, которые тебе тоже нужно развивать в жизни». Я поставил ему шкалу от 1 до 10 и спросил: «Как ты думаешь, какая мера у тебя привязанности к этой игре?» И он долго думал и сказал: «Я думаю, что моя мера привязанности 6 из 10». Как-то я спросил своего сына Авеля: «Это много или мало?». Он ответил: «Я думаю, что это достаточно много». «Я тоже думаю, что твоя привязанность очень сильная. Но если ты будешь дальше продолжать, и эта цифра дойдёт до 7 или 8 из 10, то это будет зависимость, из которой тебе выйти будет очень трудно. Потому мы должны подумать, как остановиться». Мы разговаривали по-дружески, и сын сказал: «Папа, ты, наверное, забери игру у меня и положи как можно дальше, чтоб я к ней не мог дотянуться». Я ответил: «Знаешь, сын, я могу у тебя игру забрать, но кто её заберёт из твоего сердца? Я хочу, чтобы ты это сделал сам». Понимаете, есть внешний запрет, а есть внутренняя способность контролировать. Я повторю эту фразу №1. Мы можем ограничивать детей наших в этих вещах. И это правильно. Мы должны смотреть, что дети смотрят, и к чему привязываются. Это правильно. Но я предпочитаю, чтобы дети имели внутренний баланс, внутренний контроль. И это наша главная цель. Мы можем быть для детей внешним контролем, но, только развив внутренний контроль, мы можем чувствовать, что дети – в безопасности. И, конечно, это Божья помощь в этом внутреннем контроле. Я так и сказал: «Сынок, я могу тебя ограничить внешне. Мне не трудно забрать у тебя игру. Мне не трудно взять это с твоих рук. Тем более, ты разрешаешь мне это сделать. Но ты достаточно взрослый, и я хочу, чтобы ты это сделал сам. Итак, мы осознали, что ты достаточно сильно привязан. И если ты будешь дальше этим заниматься, твоя привязанность будет возрастать. Потому, пожалуйста, вот есть игра. И я хочу, чтобы ты это сделал сам». Я помолился вместе с ним и ушёл. Через некоторое время пришёл в комнату и увидел, что он свернул плеер и сказал: «Возьми, папа, положи подальше». Я сказал: «Нет. Я хочу, чтобы ты это положил на видном месте, прямо возле монитора, но ты не можешь её брать до тех пор, пока не будешь свободен». Конечно, я видел, что некоторое время, несколько первых дней ему было очень трудно не брать игру и не начать играть. Проходили дни, даже недели. И он стал об этом забывать. Прошло, я думаю, 3-4 месяца, и он подошёл и сказал: «Папа, я чувствую, что я – свободен. И у меня нет привязанности к игре. И я думаю, что мера интереса к ней опустилась примерно до трёх баллов». Это было его определение, и я почувствовал, что это так. За 3-4 месяца он ни разу не тронул игру. Хотя, я повторю, она была на видном месте, и он мог включить её в любой момент. Поймите, что если мы имеем только внешний запрет и жёстко детям запрещаем, но внутреннее давление очень сильное, он будет идти двумя путями. Или он будет агрессивен против нас или, обходя наш запрет, он будет нас обманывать. Особенно, в возрасте 5-6 лет. Потому повторю эту мысль ещё раз. Важно иметь внешние ограничения и внешний контроль, но самое большое, что мы должны развивать в ребёнке – это внутренняя способность к самоограничению. Это внутренний контроль. Это наша цель. И она всегда правильна. Я думаю, что через 3-4 месяца сын включил эту игру, поиграл и оставил. Прошло примерно около 2 лет. И вот недавно мы опять разговаривали. Я сказал: «Сынок, ты начал играть достаточно много. И я думаю, что мера твоей привязанности опять возвращается к той, которая была примерно 3 года назад. Как ты думаешь, сынок, какая мера твоей привязанности? Хотя это игра неплохая, складывать домики. Но твоя привязанность меня волнует». Он сказал: «Я думаю, что мера моей привязанности поднялась к 6 пунктам». «Нет, сынок. Примерно 7-8. А это – опасная черта. Дальше следует зависимость. И дальше следует болезненная зависимость, выход из которой будет очень тяжёл. Потому я хочу, чтобы ты сделал, как и раньше. Ты имеешь навык оставить её». И он подошёл, выключил и сейчас он находится вот на таком внутреннем контроле. Конечно, мы молимся и помогаем ему это делать, но я считаю, что это важно для него. Это отношение к видеоиграм. Но я знаю, что внутренний контроль нужен ко многим вещам. И нам, взрослым, нужно это делать. Сейчас я сталкиваюсь со многими взрослыми, которые очень привязаны ко многим вещам. Допустим, порнографии, азартным играм, видеоиграм. И даже нам, взрослым, иногда нужно много внутреннего контроля, а иногда и серьёзной пасторской помощи, психолога, специалиста, чтобы выйти из этих форм зависимости. Подведу итог. Первое. Важно, что дети смотрят, что видят, во что играют. Но ещё важнее, насколько они к этому привязаны, потому что сегодня есть во многих видеоиграх элементы жестокости, элементы оккультизма, элементы нездоровых вещей. Потому контролируйте детей, но ещё больше развивайте внутренний контроль. Учите их с детства иметь внутреннюю способность сказать твёрдое «нет». Я знаю две вещи, которым мы должны научить наших детей: говорить «да» и заставить себя делать то, что нужно делать, но ещё больше говорить твёрдое «нет», где нужно сказать твёрдое «нет» самому себе. Помогите им развивать. Только, пожалуйста, не делайте это вместо детей! Не будьте единственным контролем для них извне. Научите их развиваться самому. И это, наверное, важнее, чем наш внешний контроль.

(942)

Вопрос отвечен 7 лет назад в категории: Семья

Комментарии

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>